К двадцатилетию киевского теракта в Берлине была опубликована книга В.Г. Богрова, родного брата убийцы премьера, составленная на основе копий следственных дел, снятых им в 1918 г. в Комиссариате публичного обвинения в Историческом музее Москвы. На настоящее время просмотренные автором дела рассредоточены по разным архивам России и ближнего зарубежья. В.Г. Богров призывал исследователей киевского инцидента отречься как от точки зрения «буржуазной морали», так и от «партийной этики». Для анархистов же, в отличие, к примеру, от эсеров, использование этически непривлекательных средств, каковой являлось, в частности, поступление на службу в охранку, оправдывалось высшей революционной целесообразностью. «Именно этот путь, а не какой-либо иной, – утверждал автор, – дал ему возможность достигнуть того, что являлось целью его жизни и революционной работы». Д.Г. Богров «в конце концов… осуществил давно задуманный план совершенно один и не вовлек в свое дело невинной жертвы». Террорист, согласно выдвинутой интерпретации, использовал охранное отделение для успешного осуществления задуманного теракта.

Следует отметить, что В.Г. Богров указал на действительно весьма важную для историографии и понимания природы современного терроризма проблему. Этика террористических групп, несмотря на универсальные черты, не есть явление гомогенное. В рамках единой революционной семиосферы России существенно варьировались между собой этические императивы эсеровских, большевистских, максималистских и анархистских боевиков. Впрочем, вопреки утверждению В.Г. Богрова о том, что сведения, предоставляемые его братом охранке не приносили реального ущерба революционерам, опровергаются рядом документов. Именно на основании сведений Д.Г. Богрова о деятельности анархистской организации полиция в 1907 г. осуществила серию арестов.

За кулисой теракта 1 сентября, предполагал В.В. Шульгин, мог находиться Григорий Распутин, ненавидевший премьера. Старец жаждал мести за свое изгнание из Петербурга. Его пророчество смерти П.А. Столыпина было не столько предсказанием, сколько осведомленностью. По другой распространенной в эмигрантских кругах версии, теракт мог быть инициирован СЮ. Витте. По свидетельству Арона Симановича, весной 1911 г. состоялась организованная им встреча СЮ. Витте и Г.Е. Распутина. Секретарь старца сообщал, что СЮ. Витте намеревался при помощи того вновь занять руководящий пост в государстве. Но для реализации этого замысла имелось существенное препятствие в лице действующего премьера.

В рамках конспирологической интерпретации особой популярностью пользовалась ссылка на сообщение Киевского генерал-губернатора Ф.Ф. Трепова, сделанное уже после похорон премьера. Согласно ему в день осуществления теракта Д.Г. Богров обедал в ресторане «Метрополь», находящийся напротив здания драматического театра, не с кем иным, как с Л.Д. Троцким. Использовавший данный аргумент Н.Ю. Пушкарский со страниц эмигрантской газеты «Русская жизнь» отстаивал версию о масонской подоплеке теракта 1 сентября. «Не в этой ли организации русских масонов, – спрашивал он, – надо искать тех, кто стоял за спиной Дм. Богрова? Не принадлежал ли к русским масонам подполковник жандармского управления Кулябко, допустивший присутствие агента-осведомителя Дм. Богрова на парадном спектакле в присутствии Государя Императора? Не принадлежал ли к русским масонам жандармский полковник Иванов, производивший допрос Дм. Богрова после совершения им убийства и заявивший, что «Дм. Богров – один из самых замечательных людей, которых я встречал»». Распространению конспирологических ассоциаций не в последнюю очередь способствовали подозрительные обстоятельства следствия по делу Д.Г. Богрова. Вынесение смертного приговора и казнь террориста осуществились в поразительно быстрые для столь запутанного дела сроки. Уже 12 сентября приговор был приведен в исполнение. Примечательно, что и близкие Д.Г. Богрова, и родственники П.А. Столыпина призывали в целях выяснения истины с казнью не спешить. По-видимому, кто-то боялся так и не прозвучавшего богровского признания. В последние часы жизни Д.Г. Богров пожелал открыть некую тайну раввину. Но в просьбе на аудиенцию раввина ему было отказано.

Страницы: 4 5 6 7 8 9 10 11

Ужесточение идеологического контроля власти. Репрессии в политической и культурной сферах
После окончания Великой Отечественной войны началась перестройка управления страной, возвращение от военных методов к мирным. В сентябре 1945 г. был распущен государственный Комитет Обороны. Но, фактически, возврата даже к тем методам руководства, которые существовали перед войной, не произошло. Продолжали практиковаться формы руководст ...

Чины
До XVIII в. чины не имели широкого распространения и еще не вполне отделились от обозначения должностного положения или знатного родового происхождения лица, находившегося при дворе или на службе у великого князя или царя. В условиях местничества каждый чин (должность) занимал определенное место в ряду других, но четкой системы пожалова ...

К новым небесам и новой земле
В XVI-XVII вв. привычная средневековая карти­на мира стала разрушаться. Свой вклад в этот процесс внесли Великие географические открытия. Но глав­ное - научная мысль Европы переживала невидан­ный взлет. Перелом, происшедший на исходе средневековья, произвел своего рода революцию в умах. Мир рас­крылся перед человеком в иных красках, в и ...