Парадокс "социалистического культа" заключается в том, что наибольшую силу ему придает опора пролетарской революции на широкую, демократическую социальную базу - попросту говоря, её демократический характер. Именно демократические корни придают режиму прочность. Даже те, кто отвернулся от Сталина, не могли отвернуться от революции. А для большинства Сталин и революция были неразделимы

Плимак Е.Г. так характеризует суть культа личности: " .если следовать оценкам известного постановления ЦК от 1956 г., состоит в том, что некоторые временные ограничения советской демократии, связанные с борьбой против внутренних и внешних врагов, Сталин стал возводить в постоянную норму, нарушая принципы коллегиального руководства"[43].

Плимак Е.Г. замечает существенное различие в отношении к оппозиции Ленина и Сталина, развенчивает миф, что "Сталин - это Ленин сегодня" . Ленин подходил к оппозиции так: в кризисные дни для Советской власти требовал запрещения фракций, предусматривал в рядах партии разумную критику для пользы дела. Он предлагал издавать "Дискуссионный листок". Его подход был конструктивным и товарищеским.

Сталин был антиподом Ленина. Он осуществлял великие идеи в примитивной форме. Он не понимал того, что марксизм - это не состояние перманентности гражданской войны. Если Ленину были присущи человечность, простота, то Сталину - жестокость, помпезность.

У Сталина борьба отражала личный интерес и борьбу за власть. Убийство Кирова было списано на деятельность оппозиции. Концепция "злого умысла": принципиальная борьба Ленина с оппозицией не обескровливала партию и страну. Ленин умел - после горячей "пропарки" - впрягать заблудших оппозиционеров в работу. Сталин же сразу озлобился по отношению к "врагу"[44].

Сталин шел к диктатуре, - по мнению И. Клямкина, - выставлял себя самым убежденным демократом и поэтому всегда побеждал. Поэтому получал поддержку в партии независимо от того, какую программу выдвигал.

"Массовые репрессии - закономерный итог сталинской диктатуры. Сталинская диктатура - закономерный итог победы принципа единства над принципом демократии. Победа принципа единства - закономерный итог заболевания сознания, которое в один прекрасный день начинает демонстрировать подчинение большинства меньшинству, толковать как право большинства на подавление меньшинства. Чтобы использовать это право для установления личной диктатуры, нужно не так уж много: желание, воля и - вхождение в большинство"[45].

Сталин все хорошо обосновал и объяснял. Социализм хотя и победил, но возможна интервенция. "Враг не дремлет. Чем больше у нас успехов, тем сильнее злоба и ненависть. Везде кишат враги и двурушники. Мы их уже ловим ."[46]. Режиму Сталина ничего не угрожало, но он сделал объектом террора все общество.

С.А. Папков[47] пишет, что террор Сталина имел характер заранее спланированных компаний.

В период Гражданской войны и интервенции партия была вынуждена прибегать к террору, и он стал частью государственной политики. Сталину не потребовалось изобретать что-то новое. Он просто унаследовал то, что было создано до него другими.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Вечный мир
Значение Вечного мира нельзя понять не разобравшись в том, что ему предшествовало, какие цели преследовала Речь Посполитая заключая его, при каких обстоятельствах мир заключался. Турецкая феодальная агрессия против стран Восточной и Центральной Европы, усилившаяся во второй половине 17в., привела к тяжелым последствиям для Речи Посполи ...

 «Муравьевский Век» на Амуре. Россия на Дальнем Востоке в середине XIX века
Нерешенность Амурского вопроса замедляла экономическое развитие русского Даль­него Востока. Тихоокеанское побережье было отрезано от всей стра­ны многими тысячами верст таежного бездорожья. Единственным средством связи с побережьем являлись вьючные тропы, одна из которых имела громкое название Якутско-Охотского тракта. Отсут­ствие удобн ...

Русская национальная народная армия
Большие потери вермахта в 1941-1942 гг. заставили немецкое Верховное командование искать дополнительные пути по комплектованию своих частей «унтерменшами». Проводниками этой идеи на центральном участке Восточного фронта были генералы фон Шенкендорф, Штиф, полковник фон Штауффенберг, Алексис фон Ронне, барон Фрейтаг-Лорингхофен.[21] Под ...