Между тем возросшее экономическое и политическое значение Рус­ского государства, освободившегося от татаро-монгольского ига, силь­но расширившего с присоединением Казани, Поволжья и Сибири свои владения, остро ставило вопрос о повышении культуры и, открытии все большего количества школ.

Стоглавый собор (1551) признал необходимым открыть училища в домах священников и дьяконов при всех приходских церквах, обязав священников и дьяконов обучать детей грамоте (что, впрочем, они делали довольно неохотно, как тяжелую обязанность, отнимавшую у них еже­дневно много времени и оплачиваемую родителями невысоко). В поста­новлениях Стоглавого собора так же, как и в письме новгородского архиепископа Геннадия, указывается, что есть много желающих занять места священников и дьяконов, но среди этих претендентов имеются ма­лограмотные. Удовлетворить их просьбы нельзя, «а не поставить — и святые церкви без пения будут, а православные християны без покая­ния учнут умирати».

Рост ремесла и торговли, рост городов, потребности церкви и управ­ления обширным государством, усилившиеся связи с Западной Европой и Востоком настоятельно ставили вопрос об открытии школ. Число их в XVI в., хотя медленно, но росло; однако темпы роста школ далеко не соответствовали в XVI в. быстро возраставшей потребности в грамотных людях, тем более, что церковь, в руках которой, как и в Западной Европе, находились тогда школы, заботилась о подготовке грамотных людей только для создания духовенства, но не для подготовки служилых лю­дей, ремесленников, купцов и т.п.

Вопрос о хорошо организованной школе рано или поздно должен был возникнуть на Руси.

С этим вопросом первая встретилась юго-западная Русь, которая, войдя в состав Литовского государства, еще в 1386 г. соединившегося с Польшей, встала лицом к лицу с западной культурой и школой.

Возникла острая и напряженная борьба между просвещенными хорошо вышколенными представителями католицизма и грамотными православными пастырями. Волей-неволей приходилось подумать о просвещении, хороших, благоустроенных школах. За дело взялись западные православные братства. Они учреждались при церквах или монастырях и от них получали свое название. Членами братств были люди разного звания, чина и положения: митрополиты, епископы, иноки, князья, паны, мещане; иногда вступали целыми приходами. От них требова­лась лишь дружная деятельность на пользу православной веры. Средствами они владели значительными. Самые старые брат­ства — львовское, виленское, киевское, могилевское, луцкое, пинское, оршанское.

Братства активно взялись за обновление школьного дела. Школы должны были служить интересам православной веры и церкви; поэтому в них основательно изучались церковный устав, церковное чтение, пение, Священное писание, учение о добродете­лях и о праздниках. Все обучение велось в строгом православ­ном духе, а догматы веры служили основным предметом изуче­ния, составляли основу вместо учебного курса.

Но религиозный характер обучения составлял одну только сторону организации братских школ. Они имели довольно ши­рокий курс образования, включающий научные светские предме­ты. Это были языки: греческий, славянский (старославянский), русский, латинский, польский. Кроме них преподавались грамма­тика, поэтика, риторика, философия, арифметика. Братские школы находились под значительным греческим влиянием, и первые учителя в них были греками. Поэтому и преобладающим языком был греческий; латинский знали слабее. Из методов обучения был такой (перешедший от иезуитов), как разыгрывание ди­алогов, драматические представления на библейские темы.

В братские школы принимались дети всякого звания. Перед учителем все дети — богатые и бедные — были равны. Сидеть каждый ученик должен был на определенном месте, назначенном ему по успехам. Кто больше будет знать, будет выше и сидеть, хоть он и беден, а кто меньше знает — сидит на низшем месте.

Отдавая сына в школу, отец брал с собою несколько соседей и при них заключал договор о всем порядке учения. В обязанность же учителя входило посоветовать ученику в соответствии с его летами, наклонностями и способностями, какими науками ему следует заниматься. Забрать ученика можно было в присутствии тех же свидетелей, при которых его отдавали в школу. Это нуж­но было для того, чтобы не нанести оскорбления ни ученику, ни учителю. Дети членов братств, сироты обучались бесплатно, за счет братств. Вообще членам братств вменялось в обязанность проявлять заботу о тех детях, которые не имели средств, но же­лали учиться. Для беднейших учеников при братских монасты­рях устраивались специальные помещения для жилья.

Страницы: 1 2 3 4

Низовья Терека с древних времен до начала XVIII века
Под низовьями Терека условимся рассматривать территорию, ограниченную руслом Старого Терека от г. Кизляра и его рукавами, известными в источниках пол разными названиями: Тюменка, Илгз, Бурун, Кура - Терек, Копай, Быстрая, ныне сохранившиеся пол названиями Прорва, Средняя Таловка. До недавнего времени считалось, что жизнь в низовьях Тер ...

Остатки гуманитарного пространства
Развал Советского Союза привёл автоматически не только к распаду единого экономического пространства (ЕЭП), но и стимулировал ликвидацию той значительной части надстройки, которая включала целый комплекс связей в гуманитарной сфере, то есть единого гуманитарного пространства (ЕГП). Это пространство включает многоаспектную сферу межстран ...

Судьба интеллигенции в конце ХХ века и сегодня.
Устранение Железного Занавеса и начало реформ по образцу демократических стран Запада повлекло за собой – и не только в России – переоценку всех ценностей. Чёрно-белая картина мира видоизменилась; время стало разноцветным. Интеллигенция вышла в свет. На рубеже 1980-1990-х годов в России произошло невиданное: бывшие диссиденты, шестидеся ...