Если рядовой обыватель еще знает такие казачьи войска как Донское и Кубанское (благодаря, например, «Тихому Дону» М. А. Шолохова или послевоенной кинокартине «Кубанские казаки»), то, даже проживая на берегах Волги, люди зачастую, не подозревают, что их предки были волжскими казаками. Именно они в XV-XVII веках освоили этот благодатный край, заложив города-крепости на берегах великой русской реки.

Казачья вольница

В русских и польских летописях слово «казак»

, или «козак»

, появляется в XIV веке. Слово это тюркского, восточного происхождения, и, как полагает большинство исследователей, означает «вольный, независимый человек; свободный конный воин».[2]

Ранее все казаки появляются на страницах летописей как служилые люди в пограничных с землями Золотой Орды княжествах – Рязанском, Переяславском и других. В тот период именно они несли караулы по пограничным укреплениям-городкам (городовые казаки), именно они высылались далеко «в поле» в качестве сторожевых застав и разъездов-станиц (станичные казаки) на всем протяжении восточной и южной границы Российского государства, вплоть до Волги.

Главный критерий при записи вольных людей в казаки был один – беспредельная смелость, отвага, отменное умение владеть оружием и конем. Казаки были свободны от всех повинностей, однако оружие, снаряжение и коней они приобретали за свой счет или добывали в бою.

Тогда же, в 1330-60 годы, в Русском пограничье появляется другой тип казака, не состоявшего на службе и жившего главных образом набегами на окружающие их кочевые орды и соседние народы или грабившие купеческие караваны. Именно их называли «воровскими» казаками

.[3]

Особенно много таких «воровских» ватаг было на Дону и на Волге, которая являлась важнейшей водной артерией, соединявшей русские земли, главным торговым путем страны.

В ту пору между казаками, служилыми и вольными не было резкого разделения, зачастую вольные нанимались на службу, а служилые при случае грабили караваны.

В XV веке роль казачества в приграничных районах резко возрастает ввиду непрекращающихся набегов кочевых племен. Возникшие после распада Золотой Орды Крымское, Ногайское, Казанское, Астраханское, Сибирское ханства находились в постоянной вражде с Московским государством и не желали признавать силу и власть Московского Царя.

В 1552 году царь Иван IV Грозный предпринимает поход на самое мощное из этих ханств – Казанское. В том походе в составе русского войска участвовало до десяти тысяч донских и волжских казаков. Сообщая об этом походе, летопись отмечает, что Государь приказал идти из Нижнего Новгорода на Казань князю Петру Серебряному, «…а с ним дети боярские и стрельцы и казаки…».[4] Из Мещеры на Волгу для перекрытия перевозов были посланы две с половиной тысячи казаков под командой Севрюги и Елки. При штурме Казани отличился со своими казаками Миша Черкашенин.

После падения Казани и присоединения к России Казанского ханства Иван Грозный поставил задачу воеводам на взятие Астрахани и покорение Астраханского ханства. Московское государство должно было укрепиться на всем протяжении Волги. Астрахань была покорена, однако судоходство по Волге оказалось в полной власти казаков.

Волжские казаки были в это время особенно многочисленны и настолько прочно «сидели» в Жигулевских горах, что практически ни один караван не проходил мимо без выкупа или не был разграблен.

Именно в связи с этим летописи российские впервые особо отмечают волжских казаков – в 1560 году записано: «…Казаки вороваху по Волге . Благочестивый же Государь посла на них воевод своих со многими ратными людьми и повеле их имати и вешати…».[5]

Страницы: 1 2

Военные действия
Военные действия начали турецкие вооруженные силы в октябре 1853 г. Турецкие войска перешли в наступление на Дунае. Против 82-тысячной армии генерала М.Д. Горчакова Турция направила почти 150-тысячную армию Омер-паши. Однако первые атаки турецких войск были отбиты. В ходе боев русская артиллерия уничтожила турецкую Дунайскую флотилию. ...

Образ н. М. Ядринцева в общественном мнении второй половины XIX – начала XX века. Автообраз Н. М. Ядринцева как модель поведения пореформенного интеллигента
Гипотеза параграфа состоит в том, что подобно многим интеллигентам второй половины XIX в., Ядринцев выстраивал свою биографию как жизненный сценарий литературного героя, а затем его реализовывал. Основание данной гипотезы я подкрепляю выводом М. Могильнер о том, что "конкретные литературные произведения, созданные радикально настро ...

Ссылка политическая
Первое законодательное упоминание о ссылке политической[3] относится к 1582, но она практиковалась и ранее как в отношении простого народа, так и опальных бояр. Местами ссылки политической в 16-17 вв. были окраины Европейской России, реже - Сибирь. В 18 в. на крепостные работы, заводы и рудники ссылали участников массовых народных высту ...