Следовательно, основной удар репрессий пришелся по простым труженникам.

В целях укрепления трудовой дисциплины с особым размахом политотделы применяли административные наказания. Наиболее распространенные среди них были штрафы, исключение из колхозов и лишение избирательных прав. Штрафы налагались почти везде в повышенном размере (около 5 трудодней), часто деньгами и натурой, чего устав сельхозартели не предусматривал. Штраф за невыполнение порученной работы, за невыход на работу, за словесное оскорбление бригадира, даже за уход с собрания и т.п.

Однако, невозможно не обратить внимание на явное противоречие: одной рукой руководство ВКП (б) сознательно раскручивало маховик репрессий в деревне, в другой - пыталось удержать политотдельцев в рамках социалистической законности. В таких условиях начальники политотделов оказывались перед выбором, либо быть обвиненным в потери классовой бдительности с соответствующими выводами, либо переусердствовать в применении карательно-административных мер, которые при успешном выполнении хозяйственных поручений могли быть незамечены. Как правило, они выбирали второе.

Существующее в исторической литературе мнение о том, что политотделы осуществляли третий и заключительный этап ликвидации кулачества как класса, нуждается в уточнении. Кулачество как класс, (имеющий средства производства, занимающий определенное место в системе производства и общественных отношений), было ликвидировано в период массовой коллективизации в 1930-31 годах. К началу второй пятилетки в деревне оставались бывшие кулаки, превратившиеся в маргинальную социальную группу и пытавшиеся приспособиться к условиям колхозной жизни. Чрезвычайные органы управления, проведя «зачистку колхозов МТС и совхозов от «социально-чуждых элементов», довершили размывание и нейтрализацию бывшего кулачества, при этом колхозная деревня лишилась наиболее знающей и работоспособной части крестьянства.

Таким образом, политотделы делали то, что им приказывала партия – подавление сопротивления крестьянства коллективизации любыми средствами.

Страницы: 1 2 3 

Русский центр Власова
Из воспоминаний Штрик-Штрикфельдта: «Прошло почти три месяца со времени переговоров о русском центре в ОКХ. Тогда уже намечалось организовать, в первую очередь, координационный центр, который должен был изучать политические и психологические проблемы русского освободительного движения. Конечно, лишь под флагом «пропаганды» можно было в ...

Кровавое воскресенье
9 января 1905 г. Рано утром рабочие с женами и детьми, надев праздничные одежды, отправились к Зимнему дворцу. В шествии участвовало 140 тыс. человек. Они несли портреты царя, флаги, иконы, пели молитвы. В своей петиции рабочие писали: «Мы, рабочие г. Петербурга… пришли к тебе, государь, искать правды и защиты. Мы обнищали, нас угнетаю ...

Формирование центров российской эмиграции. Причины отъезда за рубеж и основные направления эмигрантских потоков
Русские, оказавшиеся после 1919 г. за пределами бывшей Российской империи, были беженцами в полном смысле этого слова. Главной причиной их бегства стали военное поражение и связанная с ним угроза плена и расправы, а также голод, лишения, опасность, нависшая над жизнью и свободой в результате сложившихся политических обстоятельств. Безо ...