Вопрос о границах королевской власти в области внутренней политики. Экономическая
политика Карла I.Страница 2
Итак, Карл I, перестав с 1629 г. созывать парламент, должен был собирать налоги без обычных постановлений палаты общин. Не решаясь вводить совершенно новые налоги, как это уже практиковалось в то время во Франции, правительство Карла I старалось воскресить старые налоги, давно уже вышедшие из практики, налагало штрафы по самым различным поводам, прибегало к широкой продаже торгово-промышленных монополий, хотя они уже дважды (при Елизавете и при Якове I) были торжественно осуждены парламентом в его специальных постановлениях и актах.
Изыскания старых налоговых прецедентов зачастую вели к восстановлению забытых феодальных порядков. Так, в 1630 г. был вытащен на свет устаревший и давно не применявшийся закон о том, что каждый землевладелец с годовым доходом в 40 ф. ст. и выше обязан являться к королю для посвящения в рыцари. За отказ явиться взимался значительный штраф. Таким путем правительство сумело собрать 100 тыс. ф. ст.[16] Одновременно были увеличены поборы с землевладельцев в виде опекунских денег, взимавшихся короной с малолетних наследников дворян в силу феодального права короля. С восстановлением старых феодальных прав короны были связаны и другие экстраординарные фискальные меры правительства, как, например, лесные законы Карла I. В 1634 г. правительство начало генеральную ревизию земельных участков, которые по старым картам и описям входили когда-то в состав королевских лесных владений. На основании этих «обследований» правительство также заставляло лендлордов уплачивать крупные суммы денег, в отдельных случаях достигавшие нескольких десятков тысяч фунтов стерлингов[17].
В период 1630—1634 гг. правительство издало несколько распоряжений шерифам графств относительно взимания штрафов за огораживания на основании старых статутов против огораживаний, издававшихся неоднократно при Тюдорах. Землевладельцы, произведшие значительные огораживания в первой половине XVII в., должны были уплатить в казну большие суммы денег. От этих штрафов больше всего страдало новое дворянство, проводившее политику огораживаний, и это усиливало его враждебное отношение к правительству.
Еще более широкий характер имела восстановленная правительством так называемая корабельная подать, затрагивавшая не только всех земельных собственников, но и горожан. Этот налог уплачивался населением еще в англо-саксонский и ранненормандский периоды в целях борьбы с пиратами, нападавшими на английские берега. Правительство Карла I восстановило этот старый налог, не собиравшийся в Англии в течение нескольких столетий. Сначала, в 1635 г., его велено было собирать только в прибрежных графствах (под предлогом якобы вновь возникшей опасности нападений пиратов). В 1636 и 1637 гг. он был распространен уже на все графства Англии[18]. Правительство возлагало на эту подать весьма большие надежды. Действительно, это был налог, близкий по типу к прямому и повсеместному обложению, и проведение его в жизнь при последовательном увеличении налоговых ставок (на первых порах они были еще не особенно велики) обещало впредь сделать корону совершенно независимой от созыва парламента. Этот налог вызвал в Англии большое возмущение оппозиции.
Но, несмотря на эти меры, королевский бюджет в конце 30-х годов XVII в. хронически сводился с большим дефицитом. Государственный долг возрастал из десятилетия в десятилетие: с 400 000 ф. ст. в 1603 г. он поднялся до 700 000 ф. ст. в 1617 г. и дошел до 1 200 000 ф. ст. в 1635 г.[19] Дефицит государственного казначейства вызывался не только ростом королевских расходов (среди них немалое место занимали и траты на двор Генриетты-Марии), но и сокращением поступлений в королевскую казну, особенно за счет торговых пошлин. Застой в промышленности и торговле, которым промышленности сменилось оживление первой половины 30-х годов, и торговлибыл вызван отчасти упоминавшейся выше политикой ничем не сдерживаемой правительственной торговли патентами и монополиями. Карл I превзошел в этом отношении и Елизавету и своего отца, Якова I, создав совершенно невыносимые условия для развития английской промышленности.
При Карле I была монополизирована большая часть производства предметов широкого потребления, изготовлявшихся преимущественно небольшими мануфактурами и ремесленными заведениями нецехового типа. В числе предметов, изготовление или добыча которых были проданы правительством монополистам, входили: мыло, соль, железо, уголь, кирпич, стекло, иголки и булавки, кожа, крахмал, полотно, порох, краски, пуговицы, вино, пиво, масло и т. д. Впоследствии один из членов Долгого парламента так образно характеризовал обилие в стране монополий и их вредное влияние: «Эти люди точно египетские лягушки, завладели нашими жилищами, и у нас не осталось ни одного места, свободного от них. Они пьют из наших чаш, едят из наших блюд, сидят у нашего очага, мы их находим в нашем красильном чане, в умывальнике и в кадке для солений, они устраиваются в погребе, они покрыли нас с головы до ног своими клеймами и печатями…».[20] Кроме того, на состоянии промышленности и торговли сказывалась возрастающая конкуренция Голландии. Возрастала эмиграция: «Большое количество людей, претерпевших страдания и беспокойство, чтобы избежать этих несчастий, покинули нашу страну: одни отбыли в Новую Англию и другие части Америки, другие в Голландии».[21] «Торговля и промышленность пришли в упадок, многие бедные люди не имеют работы, моряки потеряли заработок, и вся страна сильно обеднела к великому бесчестию этого королевства и к стыду для его правительства»[22]
Русские казаки на Амуре
В 1855 г., во время второго сплава, переселенцы основали на левом берегу Амура села Иркутское, Богородское, Михайловское, Ново-Михайловское, Сергеевское, а также станицу Сучи напротив Мариинского поста. В 1856 г. по Амуру был проведен третий сплав войск, в ходе которого вдоль левого берега реки были основаны военные посты Кумарский ...
Культурная миссия Русского зарубежья
Эмигранты всегда были против властей на их родине, но всегда горячо любили свою родину и отечество и мечтали туда вернуться. Они сохранили русский флаг и правду о России. Истинно русская литература, поэзия, философия и вера продолжала жить в Зарубежной Руси. Основная цель была у всех «донести свечу до родины», сохранить русскую культуру ...
Анна Леопольдовна и ее сын Иван VI Антонович
После смерти Петра I в России начался период названный «периодом временщиков», длившийся с 1725 по 1741 год. В это время в составе династии не было людей, способных держать власть в своих руках, и она переходила в руки придворных вельмож – случайных любимцев, «временщиков». Во главе государства стоял престолонаследник, но вся власть был ...