Биография как измерение исторического процесса позволяет ответить на многие вопросы. С одной стороны, познавательный её потенциал раскрывает личную ментальную историю создателя идеи или концепции. Способствует лучшему пониманию идей философов. В этом смысле, изучая биографию мыслителя, мы в свою очередь имеем возможность изучать биографию самой идеи.

Мы согласны с утверждением Ю. М. Лотмана о том, что "далеко не каждый реально живущий в данном обществе человек имеет право на биографию. Каждый тип культуры вырабатывает свои модели "людей без биографии" и "людей с биографией". Здесь очевидна связь с тем, что каждая культура создаёт в своей идеальной модели типа человека, чьё поведение полностью предопределено системой культурных кодов, и человека, обладающего определённой свободой выбора своей модели поведения". Как же определяются понятия "человек с биографией" и "человек без биографии"? Каждый тип социальных отношений формирует свои социальные роли, нормы которых являются общеобязательными и даже принудительными для всех членов данного общества. Нормы эти существуют до рождения данного индивида и предъявляются ему как "условия игры". Сделав этот первичный выбор, он оказывается в пределах социально-фиксированной нормы "правильного поведения". В этом случае жизнеописание человека, с современной точки зрения, ещё не является его биографией, а представляет собой лишь свод общих правил поведения, идеально воплощённых в поступках определённого лица.

В соответствии с замыслом работы, потенциал биографического подхода состоит в том, что можно взглянуть на феномен, когда трансформация сценария жизни, сознательный выбор таких решений, которые прежде могли быть истолкованы как отход от нормы, в данный период оказываются у истоков формирования новой нормы. Такие люди "имеют биографию", их имена и поступки сохраняются для потомков, становятся знаковыми.

С этой стороны биография переходит в разряд сценариев, образцов, эталонов поведения для целых общественных групп. И в конечном результате – становится неким конструктом, который воспроизводится и повторяется, возводится в разряд значимых и полезных. В этом случае можно говорить о биографии как об образце – достойным воспроизведения, а о поступках как о маркёрах – достойных подражания.

В таком ключе, интересна биография сибирского патриота, известного публициста, идеолога областнического движения – Николая Михайловича Ядринцева, сыгравшего важную роль в формировании общественно-политического сознания сибирской интеллигенции, как вариант преподнесения её обществу через публицистику и как следствие этого – принятие её за образец, который заслуживает воспроизведения и достойного повторения общественноценных и нравственнозначимых поступков.

Для исследования был привлечён метод устной истории. "История из первых уст", как называл её Джон Тош, заключает два постулата – "личные воспоминания рассматриваются как эффективный инструмент воссоздания прошлого, как непосредственные впечатления о жизни людей в её подлинном виде. И с другой стороны, простые люди получают не только место в истории, но и роль в производстве исторического знания". Интересным становится – то несоответствие между фактами и воспоминаниями, что, в конечном счёте, увеличивает ценность устного свидетельства как исторического документа.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Патриарх Никон
Судьба Никона необычна и ни с чем несравнима. Он стремительно вознесся с самого низа социальной лестницы на ее вершину. Никита Минов (так звали в миру будущего патриарха) родился в 1605 г. в селе Вельдеманово неподалеку от Нижнего Новгорода "от простых, но благочестивых родителей, отца именем Мины и матери Мариамы". Отец его б ...

Прогресс и казнокрадство[2]
Облик Сибири с приходом русских стал меняться. В привычный лесостепной ландшафт стали вписываться дозорные вышки сторожевых укреплений. В бассейне Иртыша возникли Тюмень (1586), Тобольск (1587), Тарская крепость (1594), на Оби выросли Березов (1593), Обдорск (1593), Сургут (1594), остроги Нарымский (1597) и Кетский (1602). Вождь томских ...

Неистовый Аввакум
Победа Никона привела к расколу русской православной церкви. Тех, кто отказался признать нововведения, официальные власти именовали раскольниками. Сами же раскольники считали себя последователями истинного древнеправославного и завещанного апостолами учения, а вот Никона и его последователей клеймили именем антихристовых слуг. Большинст ...