На фоне общественного недовольства КПИ расширяла свою деятельность. В 1963 коммунисты провели массовые выступления с призывами к земельной реформе на Яве, Бали и в отдельных районах Суматры. За два последующих года, пользуясь поддержкой Сукарно, КПИ и возглавляемые коммунистами массовые организации приобрели значительный вес в стране. Многие из тех, кто возражал против этой тенденции, оказывались в тюрьме. Между тем напряжение в стране нарастало. На востоке Явы происходили столкновения между мусульманами и коммунистами. Признаки беспокойства наблюдались и в армии. К середине 1965 стало очевидно, что страна близка к политическому кризису. Обострению ситуации особенно способствовала неудачная кампания "сокрушения Малайзии", стоившая стране огромных средств, бесконечные сообщения о заговорах и поляризация внутри вооруженных сил.

В этой обстановке внутри президентского окружения созрел план т.н. контрзаговора, направленный на устранение ряда высших должностных лиц в составе вооруженных сил. Основной костяк заговорщиков составляли недовольные коррупцией офицеры из состава частей стратегического резерва армии и полка президентской гвардии во главе с подполковником Унтунгом, а также офицеры ВВС, придерживавшиеся левых взглядов.

В ночь с 30 сентября на 1 октября 1965 подразделения восставших заняли стратегические части Джакарты; были схвачены и убиты шесть высокопоставленных генералов, обвинявшихся в участии в заговоре против Сукарно, включая главкома сухопутных сил Ахмада Яни.

Восставшие заявили о роспуске правительства и переходе всей власти в руки "Революционного совета", но больше не предприняли никаких попыток закрепить свое положение. Разрозненные выступления в поддержку "Движения 30 сентября" произошли только в Соло, Семаранге, на Северной Суматре и Риау.

Пользуясь возникшим хаосом, командующий стратегическим резервом армии генерал-майор Сухарто сумел собрать верные ему части, и в течение нескольких дней восстание было подавлено. Несмотря на отсутствие каких-либо доказательств, в случившемся он обвинил Коммунистическую партию Индонезии (некоторые из членов Исполкома Политбюро КПИ, как считают исследователи, действительно могли принимать участие в заговоре, но в целом партия ничего об этом не знала и осудила попытку переворота, назвав ее "внутренним делом армии").

Сукарно сохранил пост президента, однако был вынужден передать власть кабинету министров.

В конце 1965 была проведена чистка государственного аппарата, сопровождавшаяся увольнением всех представителей левого движения. Параллельно военными была развязана кампания политического террора. Безжалостно были уничтожены, по разным оценкам, от 700 тыс. до 1 млн. человек – преимущественно этнических китайцев и безземельных крестьян, заподозренных в принадлежности к коммунистам; в отдельных районах Восточной и Центральной Явы, на Бали и в Ачехе были вырезаны целые деревни.

По обвинению в "подрывной деятельности" были арестованы не менее 700 тыс. человек, многие из которых умерли в тюрьмах; примерно 100–120 тыс. были помещены в специальные лагеря или отправлены в ссылку.

Попытки Сукарно взять ситуацию под контроль и остановить террор оказались безуспешными. На улицах Джакарты шли многотысячные демонстрации "уличного парламента" студентов, требовавших распустить компартию, заменить кабинет министров и снизить цены на основные предметы первой необходимости.

Под их давлением власть окончательно перешла к вооруженным силам во главе с Сухарто, которому Сукарно, оказавшийся под домашним арестом, поручил принять функции главы исполнительной власти.

Дорога к диктатуре всегда вымощена благими намерениями. И в какой бы стране эта дорога ни мостилась, и как бы диктатор себя ни называл - вождем, фюрером, дуче, - все оправдывается волей народа и его желанием. Сукарно замкнул на себе все органы государственной власти. Законодательной и исполнительной. Президент заявляет: "Я - Индонезия. Я - революция" - и навязывает стране "индонезийский социализм". Он объясняет народу: "Наш социализм - это смесь. Идею политического равенства мы заимствовали из Декларации независимости США. Идею духовного равенства - из ислама и христианства, научную идею равенства - из марксизма. К этому мы добавили свою национальную самобытность - мархаэнизм. (Идеология мархаэнизма представляла собой сочетание идей марксизма с учением китайского революционера-демократа Сунь Ятсена, народническим восприятием социализма, неразрывно связанным с национально-освободительным движением и стремлением к некапиталистическому пути).[7] Затем мы внесли сюда принципы "готонг-ройонг", что означает жить вместе, работать вместе и помогать друг другу во всем. Смешайте все это, и вы получите "индонезийский социализм". Это была горючая смесь. И чтобы она не взорвалась, высший законодательный орган страны - Временный народный консультативный конгресс (ВНКК) - под давлением Сукарно назначает его весной 1963 года пожизненным президентом страны. Один из царедворцев подводит черту - избрание вождя индонезийского народа является политической необходимостью, так он не только символ единства нации, но и его гарант. В "Автобиографии" он заявил: "Всей моей жизнью руководила высшая сила. Я выполняю волю Божью. Это - для чего я рожден". [8] Все реформы, проводимые Сукарно, бесславно провалились. В ряде городов не хватало питьевой воды. По вечерам отключали электричество. Страна нищала, в середине 60-х ее захлестнула инфляция. Люди давно перестали спрашивать друг друга, когда же наступят обещанные президентом благоденствие и стабильная жизнь, сколько можно внимать его просьбам о терпении. В Индонезии стремительно нарастали анархия и хаос; Сукарно утопал в роскоши, возводил все новые и новые дворцы и монументы. В армии схлестнулись две группировки: консервативная "Союз генералов" и левацкая "Движение 30 сентября 1965 года". И та и другая объявили себя защитниками Сукарно. Он решил выступить в привычной для себя роли "отца", примиряющего крайности. И проиграл. К власти пришла третья сила во главе с генералом Сухарто. В 1966 году ВНКК лишил Сукарно звания пожизненного президента. Но сохранил ему титул вождя революции. Вождь пытался сопротивляться, выступал с публичными речами, призывал следовать за ним, вновь претендовал на всю полноту власти в стране. Но его уже никто не слушал. Его обвинили в коррупции. Его обвинили в проведении политики, которая привела к политическому, экономическому и моральному кризису нации. Но под суд не отдали. Военные рассудили: отдать Сукарно под суд - значит судить весь индонезийский народ. И ограничились его полной изоляцией от внешнего мира. У него обострились все застарелые болезни, все чаще и чаще случались сердечные приступы. Летом 1970 года состояние Сукарно стало безнадежным. Утром 21 июля он скончался. Эпоха закончилась. Восторжествовал "новый порядок".

Страницы: 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Культура Португалии
Культура Португалии также обширна своими традициями и праздниками, к которым с уважением относится каждый португалец. Португальцы любят праздники со страстью, доступной немногим народам мира. Поводами для торжеств могут служить поминовение бесчисленных святых, паломничество, ярмарка. На севере страны любой самый маленький поселок имеет ...

Жизненно важное пространство
Принципы стратегического партнерства другими странами, в том числе на пространстве СНГ, предусматривают новую динамику торгово-экономических, политических, гуманитарных и других направлений сотрудничества и в перспективе интегрирование России в целостную мирохозяйственную систему на основе учета национальных интересов каждого участника ...

Брестский мир
В 1917 году февральская революция не привела к выходу России из войны. Временное правительство объявило о верности союзническому долгу. Две военные операции (июнь – в Галиции, июль – в Белоруссии) закончилось провалом. Немецкие войска захватили г. Ригу и Моонзундский архипелаг на Балтике. Русская армия к этому времени оказалась полность ...