К вопросу о необходимости известной свободы в самом грубом, материальном смысле слова нужно добавить следующее. В большинстве научных учреждений Советского Союза, где эксплуатировались вычислительные машины, существовала секретность, проходная с охраной и табельный учет. Девушка-программист, которая работала в таком заведении, обязана была явиться к началу рабочего дня и не выходить оттуда до его конца. По сути работы она могла при этом ничего или почти ничего не делать, и обычно так и бывало. Труд программиста практически нельзя проконтролировать в смысле его интенсивности, и сколько-нибудь разумный начальник никогда не предпринимал попыток это сделать.

В колмогоровской лаборатории никогда не было табельного учета. Правда, определенные попытки в этом отношении все-таки делались, но их инициаторы наталкивались на сопротивление и критику, в том числе и в научной сфере. В борьбе использовался и жанр научной критики, в данном случае по существу пристрастной, но продуманной таким образом, чтобы она была научно обоснованной. Как несовместимы талант и злодейство, так и желание ввести табель обычно коррелирует с отсутствием научной компетентности, что делает подобную критику нетрудным делом.

В течение десяти лет своего официального существования лаборатория была неплохим местом для научной и культурной деятельности. Весомых конкретных вкладов в народное хозяйство сделано не было (выше подробно объяснялось, почему их не могло быть), но как научно-просветительное учреждение лаборатория была на высоком уровне. Проводились семинары, например семинар В.В. Налимова по планированию эксперимента или семинар Б.В. Гнеденко, Ю.К. Беляева и А.Д. Соловьева по теории надежности.

Нередко проводил семинар лаборатории и сам А.Н. Колмогоров. Выходили труды, организовывались конференции и научные школы, в том числе по планированию эксперимента, производилась некоторая математическая разработка теории планирования эксперимента, кажется, не особенно значительная, да, впрочем, в этом Василий Васильевич серьезно и не нуждался, т.к. его путь был иным. Однако лаборатория была обречена по той одновременно очень простой и загадочной причине, что ее создатель А.Н. Колмогоров быстро терял к ней интерес. Обладая высокоразвитым чувством долга, Андрей Николаевич иногда побеждал ту невыносимую скуку, которую она на него наводила, и в течение какого-то времени занимался ее делами, но было заметно, что эта борьба выше его сил. Внешне это выглядело как увлечение делами школьного математического образования, но ведь и со школьными учебниками происходило по существу то же самое.

Опять перед нами проблема, которую необходимо рассматривать с точки зрения глубинной психологии, потому что иначе она нелепа. Совершенно очевидно, что в общегосударственную систему школьного образования с ее бюрократическим аппаратом управления никак нельзя было вмешиваться Андрею Николаевичу. Физикоматематическое образование в школе хорошо для тех школьников, которые могут понять его по существу, но таких меньшинство (вряд ли более 10%). Для большинства школьников (и, вероятно, учителей) физико-математическое образование не может быть не чем иным, как неким общегосударственным налогом (оправдываемым военными и общетехническими потребностями). Можно вспомнить тех новгородских крестьян, которых изучал в юношеских работах Андрей Николаевич: они были обязаны уплачивать землевладельцу налог коробьями ржи. Вводя новые, более совершенные программы и учебники по математике и физике, Андрей Николаевич как бы потребовал платить вместо трех коробьев пять и не ржи, а кукурузы (как во времена Хрущева). Понятно, что это вызвало глубинный психологический протест, который внешне выражался в гипертрофированной критике новой методики преподавания.

Страницы: 1 2 3

Контрреформы в области местного управления и суда
В начале 90-х годов были проведены земская и городская контр реформы, предприняты шаги к изменению Судебных уставов 1864 г. Несмотря на стремление самодержавия с самого начала введения земских учреждений сохранить в них преобладание дворянства, позиции последнего под влиянием объективных условий постепенно ослабевали. В ряде губерний о ...

Роль партийных органов в развертывании массовых репрессий
Тотальный режим, утвердившийся в середине 30-х годов, стал возможен после реализации целой серии мероприятий политики диктатуры партии. Укрепление этой диктатуры в середине 30-х годов имело целью утверждение всевластия партийного аппарата в самой партии и срастания его функций с функциями органов государственной власти. Партия как общес ...

Волна стачек и демонстраций
Русско-японская война привела к дальнейшему демонстраций, ухудшению положения рабочих. Осенью 1904 г. Поднялась новая волна рабочих митингов, демонстраций и стачек. Они проходили не только под экономическими, но и политическими лозунгами: «Долой самодержавие!», «8-часовой рабочий день!», «Долой войну!». Однако у многих рабочих, особенн ...