После референдума сторонники сохранения СССР как единого государства – депутатская группа «Союз», коммунисты консервативно-патриотической ориентации – потребовали от президента введения чрезвычайного положения, полагая, что итоги референдума дают зеленую улицу самым решительным действиям. Горбачев поступил иначе. Он пошел на компромисс с республиканскими лидерами. В принятом 23 апреля 1991 г. совместном заявлении президента СССР и руководителей высших государственных органов союзных республик, известном как Заявление «9+1» (не подписали документ руководители Прибалтийских республик, Армении, Грузии и Молдавии), впервые констатировалось, что каждая республика — это суверенное государство, а новый Союз должен стать союзом суверенных государств.

Официальными властями документ толковался как добротная основа для политического согласия и выхода из экономического кризиса. Критики Заявления из коммунистического лагеря указывали на то, что достигнутый компромисс содержит отступление от воли народа, выраженной на референдуме, а критики от демократической оппозиции — что Заявление принадлежит лишь «узкому кругу руководителей» и десять человек не вправе решать судьбу государства.

Тем не менее Заявление «9+1» дало толчок так называемому Ново-Огаревскому процессу. Лидеры девяти республик под председательством президента СССР в подмосковной усадьбе Ново-Огареве занялись выработкой Союзного договора. В итоге, родился! проект, который предлагал создание Союза Суверенных Государств. Менялось не просто название государства, но и его характер — исчезло определение власти как советской и общественно-экономической системы как социалистической, а единое государство предстало союзом самостоятельных государств. Создатели проекта далеко отклонились от критериев, поддержанных народом на референдуме 17 марта.

В то время, когда в Ново-Огареве представители республик трудились над проектом договора, произошло событие, сыгравшее решающую роль в дальнейшем ходе событий. 12 июня 1991 г. Б. Ельцин был избран президентом РСФСР. Это означало не просто усиление российской власти, но создавало властное двоецентрие в стране, мощный противовес союзному президенту. Противостояние Россия—Центр, Ельцин—Горбачев вступило в новую фазу, когда обретенный российским лидером статус «всенародно избранного» давал ему политическое и моральное превосходство над оппонентом (Горбачев избирался президентом не всенародно, а на съезде). Становилось ясно, что двум президентам, по сути, в одной «государственной берлоге» не ужиться.

Летние месяцы 1991 г. проходили в предчувствии надвигающихся серьезных событий. Сторонники Союза в июне предприняли последнюю «мирную» попытку воздействовать на политику Горбачева. Премьер B.C. Павлов потребовал дополнительных полномочий для оперативного управления страной, что радикал-демократами (а их сторону принял и президент СССР) было расценено как завуалированная попытка государственного переворота. Но «вылазкой» Павлова дело не ограничилось. 17 июня на закрытом заседании Верховного Совета СССР выступили руководители силовых ведомств (министр обороны Д.Т. Язов, министр внутренних дел Б.К. Пуго, Председатель КГБ В.А. Крючков). Они предупредили верховный государственный орган, что, если в ближайшее время не остановить разрушительные процессы, страна прекратит свое существование.

Своеобразие момента заключалось в том, что повлиять на политическую ситуацию стремились как минимум три силы. Те, кто в надвигающейся гибели Союза видел национальную катастрофу и стремился предотвратить ее. Демократическая печать называла их консерваторами и подозревала в желании любой ценой сохранить старые порядки и свою власть. Другую крайнюю силу представляли радикал-демократы. Они открыто заявляли, что «тоталитарный монстр» должен быть уничтожен во что бы то ни стало, даже ценой распада СССР.

Но существовал и некий центр в лице Горбачева и его ближайшего окружения с их стремлением сохранить Союз или хотя бы его видимость, делая уступку за уступкой сепаратизму республик, борясь за сохранение поста союзного президента пусть и с символическими властными функциями по типу английской королевы. Такая позиция невольно вовлекала Горбачева в борьбу на два фронта и была обречена на поражение.

Страницы: 1 2 3 4

Вопрос о границах королевской власти в области внутренней политики. Экономическая политика Карла I.
Вопрос о границах королевской власти встал с особой остротой, начиная с требования палаты общин на заседаниях второго парламента суда над Бекингемом. Карл I вызвал членов палаты во дворец, где канцлер от имени короля заявил, что они не имеют права привлекать к суду королевских ми­нистров, что устранение злоупотреблений в аппарате госуда ...

Белькыс/Зеугма
Античный город Белькыс/Зеугма был построен одним из генералов Александра Македонского Селекуос Никатором в третьем столетии до н. э. в 10 км восточнее от г. Газиантеп. Зеугма располагалась на берегу реки Евфрат, которая с древних времен соединяла Анатолию и Месопотамию. Город был известен как крупная военная база, ставшая домом для тре ...

К новым небесам и новой земле
В XVI-XVII вв. привычная средневековая карти­на мира стала разрушаться. Свой вклад в этот процесс внесли Великие географические открытия. Но глав­ное - научная мысль Европы переживала невидан­ный взлет. Перелом, происшедший на исходе средневековья, произвел своего рода революцию в умах. Мир рас­крылся перед человеком в иных красках, в и ...