Например, по определению А. С. Лаппо-Данилевского: «источник — всякий реализованный продукт человеческой психики, пригодный для изучения фактов с историческим значением»[9] или по исходящему из него определению О.М. Медушевской: «источник — продукт целенаправленной человеческой деятельности, используемый для получения данных о социальных явлениях и процессах»[10].

В современном источниковедении принято классифицировать исторические источники на три большие группы[11]:

Первый, самый многочисленный тип представляют письменные исторические источники, которые, в свою очередь, подразделяются на следующие основные виды:

1) законодательные источники, включающие памятники древнерусского права, светского права и прочие законодательные памятники;

2) актовый материал;

3) делопроизводственные текущие документы;

4) статистические документы, а также документы экономического и географического порядка;

5) документы личного происхождения (мемуары, дневники, переписка);

6) периодическая печать;

7) публицистика и литературные памятники.

Ко второму типу следует относить материальные (вещественные) памятники. К материальным реликтам, к примеру, относятся архитектурные ансамбли, остатки жилищных комплексов, другие предметы ремесленного производства, произведения искусства, машинная и боевая техника и проч. Весьма многие материальные по-прежнему сокрыты под земным покровом. Их извлечением занимается археология – наука, изучающая, главным образом путем раскопок, материальные памятники древней и средневековой истории. Роль археологических изысканий первостепенна в тех случаях, когда производится историческая реконструкция древних эпох и народов, не имевших письменности. Поэтому специфика работы археолога заключена в том, что он часто прибегает к применению достижений вспомогательных исторических дисциплин, естествознания и даже точных наук.

Третий тип исторических источников представляют этнографические памятники, содержащие те или иные сведения о различных народах, их названиях, ареалах расселения, специфике их культурной жизни, а также об особенностях их религиозных верований, обрядов и обычаев.

Совершенно очевидна полная несостоятельность попыток разделения источников по социально-экономическим формациям. Эта классификация абсолютно не соотносится с понятием исторического источника. Заслуженный скепсис вызывает и деление источников на «остатки» и «традицию», поскольку всякая традиция есть в то же время и остаток своего времени, своей эпохи. Классификация источников по носителю, т.е. по способу кодирования и хранения информации, в целом неплохо отражает онтологическую сторону определения, но все-таки гносеологическая его сторона остается во многом в тени.

Среди разнообразия этнографических источников особую ценность имеют древнейшие письменные документы – папирусы, клинописи, летописи, хроники: в этих источниках содержится комплексный и разнохарактерный этнографический материал. Также ценную группу этнографических памятников составляют изобразительные памятники – рисунки, орнаменты, скульптура и проч. Например, народные орнаменты отражают сюжеты и эпизоды древней мифологии, а также специфику религиозных верований и символов языческих культов. Изучением материальной и духовной культуры занимается отдельная наука – этнография, специфическая область исторического знания. При изучении той или иной стороны жизни народа этнография широко привлекает данные других наук, чьи предметы изучения соприкасаются с ее предметом: фольклор, традиционная история, археология, география, психология, религиоведение. Особенно тесное предметное взаимодействие существует между этнографией и археологией. Это и понятно, ведь у этих наук сходные источники, находящиеся в коллективном пользовании. В известном советском учебнике «Этнография» под редакцией Ю.В. Бромлея и Г.Е. Маркова сказано: «Органична связь этнографии с археологией. При изучении многих тем (история хозяйства, жилища и др.) очень сложно провести границу между источниками этих наук, т.к. этнографические материалы позволяют лучше понять археологические и, наоборот, без археологических данных невозможно изучать этническую историю»[12].

Страницы: 1 2 3 4

Разложение феодально-крепостнического строя и борьба крестьянства. Кризис крепостнического хозяйствования
Чтобы увеличить прибыльность своих хозяйств, помещики усиливали эксплуатацию крестьян: повышали норму барщины либо расширяли пахотную землю за счет отнятых у крестьян наделов. Это разоряло крестьянские хозяйства, а значит, и подрывало экономическую основу помещичьих хозяйств. Образно говоря, помещики рубили ветку, на которой сидели. Ув ...

Значение революционной ситуации и отмены крепостного права для проведения Земской реформы
Потребность в создании органов местного самоуправления вполне назрела, как выше показано, еще до отмены крепо­стного права. Но при его сохранении осуществление земской реформы было невозможно. Более 20 миллионов крепостных, лишенных гражданских прав, не могли принимать участие в каких бы то ни было общественных делах, даже непосред­стве ...

Насильственная коллективизация:  ноябрь 1929 г. – март 1930 г.
К октябрю 1929 г. уровень коллективизации поднялся до 7,0%. Она набирала ход с каждым месяцем, с каждым днем. Если в июне – сентябре ежедневно в колхозы вступало в среднем 7,5 тыс. крестьянских хозяйств, то в октябре – декабре – уже 30 тыс. Реальный ход коллективизации в зерновых районах страны даже превосходил наметки пятилетки. Так, ...