Волшебным замком назвал этот дом немецкий путешественник XVII в. И.Рихтер.

Не удивительно. Представьте себе: на Ваганьковском холме, что против Кремля, недалеко от Каменного моста, возвышается белый дом из сказки. И не просто дом - дворец. Парадный вход в усадьбу - через украшенные лепниной ворота со стороны Староваганьковского переулка. На Моховую улицу смотрит фасад. Устремленный вверх четырехколонный портик дворца, вазы над ним. Венчает здание беседка-бельведер. Все здание кажется ажурным, легким, парящим над Москвой. По склону холма перед фасадом за дивной оградой разбит сад. В нем - два каменных бассейна. Между ними - фонтан, редкие иноземные птицы - китайские гуси, попугаи разных пород, белые и пестрые павлины гуляют на свободе либо пребывают в дорогих клетках. Перед домом и садом любили прогуливаться горожане. Особенно много собиралось здесь московского люда по воскресеньям и праздникам. А какая тут была иллюминация, особенно при коронационных торжествах! Иногда в саду играли собственные крепостные музыканты. Бывали в "замке" и театральные представления. Современники вспоминали, что хозяева дома "жили всегда весело и открыто".

Пашков дом, так еще называли это архитектурное чудо, был построен в 1784-1787 гг. по заказу отставного офицера, богатого купца, сына денщика Петра Великого, служившего после Петра губернатором в Воронеже, Астрахани, бывшего членом военной коллегии. Сына звали Петр Егорович Пашков (1721-1790). А споры по поводу зодчего, построившего дворец на Ваганьковском холме, велись издавна, т.к. документов, подтверждающих авторство, не сохранилось. Большинство специалистов склоняется к тому, что автором этого чуда был знаменитый русский зодчий Василий Иванович Баженов (1737/1738-1799), воспитанник Славяно-греко-латинской академии, член Академий художеств в Болонье и Флоренции, академик, а затем вице-президент Петербургской академии художеств.

П.Е. Пашков умер бездетным. Жена ненадолго пережила его. Все владения П.Е. Пашкова перешли к его двоюродному брату А.И. Пашкову, который расширял и украшал дом. С 1831 г. последней владелицей дома была внучка А.И. Пашкова, по мужу Д.И. Полтавцева.

В 1839 г. Пашков дом, по высочайшему повелению, был приобретен для Университетского дворянского института, а с 1852 г. в Пашковом доме помещалась Московская 4-я гимназия.

Но в 1812 г. Пашков дом был еще частным владением. Когда французы вошли в Москву, Стендаль был в Пашковом доме и описал его. Во время Отечественной войны 1812 г. дом серьезно пострадал от пожара. Выгорели интерьеры, обрушилась крыша. Несмотря на то, что дом был частной собственностью Пашковых, деньги на реставрацию самого красивого здания Москвы были отпущены из казны. Авторами реставрации Пашкова дома исследователи называют архитекторов О.И. Бове, С.И. Мельникова и И.Т. Таманского. Бельведер, восстановленный после пожара, имел уже не свободно стоящие колонны, а примыкающие к стене парные полуколонны. Утрачены скульптура, первоначально завершавшая бельведер, и герб Пашкова в обрамлении скульптурной группы, венчавший центральный портик со стороны Моховой улицы. При реставрации были сохранены внутренние пропорции здания. К 1817 г. дом был восстановлен.

В Третьяковской галерее висит картина художника Н.С. Матвеева, посвященная событию, прямо связанному с Пашковым домом. Когда в 1818 г. Прусский король Фридрих Вильгельм Ш, отец супруги будущего императора Николая I, посетил Москву, то пожелал он увидеть панораму Первопрестольной столицы с крыши какого-нибудь высокого дома. Проводили короля с двумя его сыновьями на бельведер Пашкова дома. Посмотрел король на погорелые дома и крыши, встал с сыновьями на колени, отдал три земных поклона Москве и со слезами несколько раз повторил: "Вот она наша спасительница". Это и запечатлено на картине Н.С. Матвеева.

В 1850-е гг. по всей Российской империи ширилось движение за демократические реформы, за создание учебных заведений, библиотек, за открытие музеев. Идея создания общедоступной библиотеки владела умами и в Москве - в канун реформы 1861 г. Такая библиотека вот уже полвека имелась в северной столице - Санкт-Петербурге - Императорская публичная библиотека. В Первопрестольной же, кроме научной библиотеки Московского университета, книжных лавок да еще богатых личных книжных собраний, никаких других библиотек больше не было. Румянцевский музей в Санкт-Петербурге приходил в упадок. 3 мая 1861 г. Высочайшим повелением Румянцевский музей был переведен в Москву. Не последнюю роль в решении вопроса о переводе Румянцевского музея в Москву сыграло предоставление под размещение Румянцевских коллекций именно Пашкова дома, где до того располагалась 4-я гимназия, находившаяся в подчинении попечителя Московского учебного округа Н.В. Исакова. Он чрезвычайно много сделал для положительного решения вопроса о переводе в Москву Румянцевского музея, предложил перевезти именно в Пашков дом Румянцевский музей и, объединив его с коллекциями Московского университета, отобранными для создания Московского публичного музея, разместить их под одной крышей Пашкова дома. Комиссия, изучавшая этот вопрос, сочла знаменитый дворец подходящим для пребывания здесь музеев. Н.В. Исаков стал первым директором Московского публичного и Румянцевского музеев.

Страницы: 1 2 3

Публий Корнелий Тацит – его личность и деятельность. Личность Публия Корнелия Тацита.
Публий Корнелий Тацит (Publius Cornelius Tacitus) (ок. 54 – ок. 120 гг. н.э.) – замечательный римский историк и один из великих представителей мировой литературы, а также политический деятель эпохи заката Рима. Непредсказуемые повороты истории сформировали у Тацита отношение к ней как к великому драматическому действу и придали трагичес ...

Предпосылки контрреформ 80-90-х годов XIX века
К концу 70-х годов заметно ухудшилось положение российского крестьянства, что было обусловлено рядом причин. К этому времени выявились грабительские последствия крестьянской реформы 1861 г.: малоземелье крестьян, несоответствие между урезанными в результате отрезков малодоходными крестьянскими наделами и высокими выкупными за них платеж ...

Судьба интеллигенции, репрессированной летом-осенью 1922 года.
Первым упоминанием о количестве интеллигенции, депортированной из советской России осенью 1922 года является интервью В.А.Мякотина берлинской газете «Руль». По сохранившимся «Сведениям для составления сметы на высылку» [3] антисоветской интеллигенции можно оценить её примерные размеры. Руководством партии и государства первоначально ...